У европейцев не будут спрашивать, хотят ли они воевать, скажут — они пойдут (Ищенко)

У европейцев не будут спрашивать, хотят ли они воевать, скажут — они пойдут (Ищенко)

АВТОР: Татьяна Чугаенко

Никто у европейских народов не будет спрашивать, хотят они воевать или не хотят воевать с Россией. Им скажут надо и пойдут. Точно так же, как украинцы пошли. В Европе есть четкое понимание, внушенное им местной пропагандой, что победа России на Украине — это катастрофа для Европы. Русские сегодня в Киеве, завтра в Париже.

Об этом в интервью изданию Украина.ру рассказал политолог, историк, публицист, обозреватель МИА «Россия сегодня» Ростислав Ищенко.

— Ростислав Владимирович, Украина оказалась единственной страной, более половины жителей которой все еще верят в победу над Россией. Таковы результаты европейского исследования, которое было проведено в 15 странах. В других государствах таких оптимистов меньшинство, в некоторых странах, например, в Италии, Греции подавляющее меньшинство, там их по 3%, но даже в Эстонии и в Польше в победу верят не так уж и много людей, а в Эстонии, например, 38%, а в Польше 20%. Прокомментируйте, пожалуйста, эти цифры.

— Судя по тому, что украинцы на фронте продолжают воевать, то они действительно продолжают верить в победу. И это естественная реакция человеческой психики. В XIX веке, когда шла парагвайско-аргентинско-бразильско-уругвайская война, в Парагвае почти не осталось мужчин. Там даже многоженство ввели на какое-то время, чтобы восстановить демографический потенциал страны. Все равно парагвайцы продолжали верить в победу. До самого конца. Продолжали поэтому воевать, может, если ты не веришь в победу, зачем тебе воевать?

Для государства, для населения, народа, который втянут в боевые действия свойственно оценивать свои возможности или перспективы неадекватно. Кстати, можете посмотреть даже по российским социальным сетям, там, когда людям говорят, ну, может случиться так, что вообще-то против России выступит вся Европа. То есть Соединенные Штаты над этим работают, пытаются это сделать, у них пока не получается, но теоретически они могут этого добиться.

Некоторые к этому относятся серьезно, а некоторые говорят, подумаешь, что Европа, у нас ядерное оружие есть. Сколько там той Европы? Украинцы тоже так думают, а сколько там той России? У них, правда, ядерного оружия нет, но чего бы не повоевать дальше? Два года воевали, третий год воюют, что дальше не повоевать? А там, глядишь, Соединенные Штаты подтянутся, помогать. Всегда человек склонен придумывать что-то, что обещает ему лучший результат в критической ситуации.

Но вот украинцы ждут, что придут F-16. Раньше они ждали «Джавелины», потом они ждали артиллерию, потом они ждали «Хаймарсы», «Абрамсы». Сейчас они ждут F-16. Они ждут Польшу, Прибалтику, Соединенные Штаты, Францию, Германию, «Таурусы» еще будут ждать, Германия же еще не согласилась пока поставлять. И будут говорить, еще немножко, еще чуть-чуть поставят нам всяких вооружений.

Потом вы же знаете, склонность украинцев исходить из того, что если на Украине плохо, то в России в 10 раз хуже. Ну, теперь представьте себе, что думают украинцы про Россию, когда смотрят на свои кладбища. Вы можете сколько угодно говорить, что на фронте Россия теряет в 10 или в 50 раз меньше, в последний раз президент сказал в 50 раз меньше, чем Украина. И я охотно верю, потому что Россия сейчас использует значительно больший спектр вооружений. У Украины нет такого количества и такого качества бомб с УМПК.

Плюс у Украины выбита кадровая армия, а, как показывает практика и опыт, кадровый подготовленный военнослужащий в поле даже с одинаковым вооружением стоит 10. Да, вполне возможно, что они теряют 50 к 1, но они-то в это не верят, они считают, что все ровно наоборот. Они вам сейчас объяснят, что в наступлении наступающий должен иметь обязательно трехкратное превосходство. За всю историю войн такие случаи, когда наступающий имел не то что трехкратное, а вообще превосходство, случались довольно редко. Зачастую было либо равенство в силах, либо наступающий уступал в силах противнику.

Суворов взял Измаил, суперкрепость на тот момент, имея 32-х тысячную армию, при том, что гарнизон Измаил превосходил 40 тысяч человек. Фридрих Великий ни одно свое сражение не провел, в котором бы он имел преимущество в силах, и все сражения выиграл. То же самое можно сказать об Александре Македонском. Немцы, когда воевали против Франции, не имели преимущества в силах. Когда они напали на Советский Союз, у них на первом этапе, первые полгода было относительное преимущество в пехоте.

Но в технике, в самолетах, в артиллерии, в танках на тот момент они уступали, но они выигрывали. В 1942 году они выигрывали сражение на южном фланге, имея уже недостаток сил. То есть Советский Союз превосходил их в силах тогда по всей линии фронта, но они выигрывали, потому что они тогда лучше планировали свои операции, лучше умели воевать на тот момент.

И так любая страна в любое время, даже американцы на Тихом океане, зачастую брали острова, на которых японский гарнизон превышал по численности в два-три раза атакующих американцев. Но есть люди, которые продолжают верить в рассказы о том, что наступающие теряют в три раза больше обороняющиеся или даже больше.

— Украинцы ждут европейцев в подмогу, но Европа им подсовывает очередную зраду. Цифры я уже приводила.

— Там же тоже есть разные цифры. Есть опросы, где европейцы говорят, что России нельзя дать победить. С этим согласны 60% европейцев.

Но они сами воевать не будут. Дело в том, что европейские армии до сих пор контрактные. Они только говорят о том, что надо вводить всеобщую воинскую повинность.

После Второй мировой войны призывная армия у американцев была только в Корее и во Вьетнаме. После Вьетнамской катастрофы они с этим быстро завязали. У всех остальных призывные армии тоже закончились к 60-м годам. Они отменили призыв. У Франции вообще всегда воевал Иностранный легион.

Поэтому европейцы считают, да, Украина не справляется. Да, Россию нельзя дать выиграть, потому что это будет для европейцев катастрофа. Значит, Украине надо помочь. Вопрос в том, кто будет помогать на каких условиях. Поляки были готовы помогать еще год назад. С тех пор они несколько пересмотрели свои позиции, потому что им открытым текстом сказали, что помогать будет только Польша. А все остальные будут помогать Польше, так как помогают Украине. Поляки посчитали немножко и пришли к выводу, что это очень невыгодно, потому что Польша станет следующей Украиной.

Но это не остановило ни их, ни американцев. Они работают над созданием Союза восточноевропейских государств, который мог бы выступить против России под каким-то благовидным предлогом в результате какой-то провокации. И который таким образом постепенно втягивал бы западноевропейские страны в конфликт.

Пока у нас продолжается война с Соединенным Штатами, все фронты, которые против нас открываются, мы должны рассматривать только как переходящие моменты. Они все равно будут пытаться выставлять против нас новых и новых своих прокси.
И что в худшем для нас случае у них что-то да получится. Все равно достойнейшие решают, воевать или не воевать, и если воевать, то когда воевать и с кем воевать. И никто у европейских народов не будет спрашивать, хотят они воевать или не хотят воевать. Им скажут надо и пойдут. Точно так же, как украинцы пошли.

В Европе есть четкое понимание, внушенное им местной пропагандой, что победа России на Украине — это катастрофа для Европы. Русские сегодня в Киеве, завтра в Париже. Про Варшаву, Прагу, все остальные столицы и речи нет. Поэтому необходимо сдерживать русских на Украине. Дальше идет обычный торг, кто будет сдерживать.

Есть еще значительная часть населения, которая считает, что с Россией надо заключить мир. Но тоже не любой ценой. Мы очень часто говорили, вот, смотрите, там 50% европейцев, 49% европейцев, 53% европейцев по разным странам считают, что с Россией надо заключить мир. Они так считают. Вы к ним придите и спросите, какие условия мира они считают для своей страны достаточными для того чтобы заключать мир с Россией. И вы увидите, что никакого мира там не будет. Потому что Зеленский тоже говорит, надо заключать мир. И Байден говорит, надо заключать мир. Все говорят, что надо заключать мир. А где и какой это мир? На каких условиях?

— Еще о социологии. Всероссийский центр изучения общественного мнения провел опрос по результатам, которого 93% жителей России не намерены переезжать на ПМЖ в другие страны. И это максимальный показатель с 1991 года. Как думаете, причиной тому русофобия в Европе и в США или значительно увеличившийся уровень патриотизма в России?

— В первую очередь на это влияет то, что в России жизнь стала значительно лучше, чем в той же Европе. То есть у вас нет проблем с ювенальной юстицией, которая есть в Европе. Там, где у вас ребенок может решить завтра, что он трансгендер или кошка, или еще кто-нибудь. Будете дергаться, у вас его отберут.

Это играет очень важную роль при принятии решения о том, где ты будешь жить. Особенно для людей с детьми, особенно для людей с маленькими детьми. Уровень жизни в Европе падает, в России растет. Уровень комфорта в России растет, а в Европе падает. Люди, выехавшие из России в Европу, начинают плакать кровавыми слезами о том, что там нет всего того, к чему они привыкли в России. А это очень больно.

Патриотизм не рождается на пустом месте. Когда патриоты дискутируют в социальных сетях, они все время приводят какие-то аргументы. У нас жить лучше, страна у нас порядочнее, внутреннее законодательство у нас больше содействует бизнесу, укрепляет семью и так далее и тому подобное.

И в эпоху жесткого внешнеполитического противостояния происходит серьезная консолидация населения. Но для того, чтобы эта консолидация произошла, понадобился Верхний Ларс. То есть вначале лишние уехали те, кого это не устраивает. Мы же не обошлись без эмиграции. Уехали те, кто сказал, что он не может жить в стране, которая воюет с соседями.

Уехали те, кто рассчитывал на то, что Запад завтра победит, и надо будет возвращаться в обозе победившей армии, руководить своими глупыми соотечественниками, которые выступили против самого Великого Запада. Уехали просто те, кто давно ждал возможности уехать на Запад. Но такой возможности у него не было, потому что он был здесь нищим маргиналом, считал, что на Западе его примут с распростертыми объятиями, будут давать деньги, кормить с ложечки, поселят во дворце.

То есть сам процесс консолидации, который тоже является основной частью роста патриотических настроений, он не проходит бесследно, он не проходит без разделения. Знаете, прежде чем объединиться, надо размежеваться. Вот происходит размежевание, и происходит консолидация большинства населения, для которых понятие государства не абстрактно, а конкретно. Не «Мы создали себе Украину для того, чтобы перепрыгнуть оттуда в Европу, а у нас есть Россия, в которой мы сделаем жизнь лучше, чем в Европе, в Америке и в Китае вместе взятых».







Оставить комментарий

Ваше Имя: Ваш E-Mail:
Введите код:

Top.Mail.Ru